Послевоенный Чугуев. Воспоминания Вячеслава Лапшина о 1950-х годах
(Продолжение. Начало:

)
Бабушка Надежда Вячеславовна Орешникова
Бабушка происходила из московской дворянской семьи. Окончила Московскую гимназию, училась в женском медицинском институте. Знала иностранные языки. Революция помешала окончить учебу. Позднее она завершила ее в Харькове, став провизором.
В голодном и опасном для дочери офицера 1918 году, бабушка с братом и матерью переехали в Чугуев. Ее отец мой прадед Вячеслав Иванович Орешников погиб в должности командира полка русской армии в Галиции в 1915 году. Он имел Георгиевский крест, именные подарки от царя. В период революционной диктатуры никто не разбирался в том, что он погиб за два года до революции. Офицер это было практически приговором для семьи. Портрет деда хранился у нас в сундуке многие 10-летия, и только сравнительно недавно занял место в моем кабинете.
В 20-м году Кузьма Потапович и Надежда Вячеславовна встретились в Чугуеве, полюбили друг друга, образовалась семья. В 1922 родилась моя мама. Помню их разговоры, людей из прошлого, рассказы об учебе и жизни в Москве. Тогда семья жила в любви и достатке. Прадед был уважаемым человеком. Дед происходил из крестьянской украинской семьи и на этой почве иногда с бабушкой велись неприятные для него разговоры.
Иногда спорили о врачебных проблемах. Бабушка с позиции фармацевта упрекала деда в том, что он применяет для лечения старые препараты. Тот в свою очередь говорил, что у нее нет врачебного опыта, и что при отсутствии последнего давать ценные советы доктору, мягко говоря, не следует.
Для покупок продуктов в семью направлялся дед. Он ходил на рынок, покупал необходимое на возах это телеги или грузовики, с которых велась торговля. Ходил за покупками с большим кожаным портфелем. Несмотря на его известность в городе, деду часто продавали некачественный товар, обвешивали. Продавцы во все времена одинаковы. За такую доверчивость он был женской половиной семьи снова критикуем.
Работа в аптеке в те годы отличалась от теперешней. Готовых лекарств было мало. В основном провизор сам их готовил. Врачи выписывали длинные рецепты. Все ингредиенты смешивались, помещались в темного стекла банку или пузырек с наклеенным длиннющим бумажным языком, где все перечислялось. Аптека отпускала пиявки, закупала сырье для изготовления лекарств. Можно было купить хорошую минеральную воду, например, Боржоми. Были там и вкусности сироп шиповника, гематоген, холосас, они покупались для меня. Продавался эластичный резиновый бинт, из которого мы мастерили прекрасные рогатки. Алюминиевые тюбики от валидола использовались для изготовления ракет. В них, как топливо, горели куски фотопленки.
К сожалению, увлечение ракетами привело к уничтожению многих ценных семейных негативов. Интерес у мальчишек вызывали детские соски-рожки из плотной красной резины. Они из уличной водяной колонки под большим напором наполнялись водой, а при удачном запуске летели по принципу ракетного движения.
У бабушки был брат Дмитрий. По ложному доносу он в середине 30-х был арестован и бесследно исчез. Помню многолетние бабушкины хлопоты о его судьбе. К сожалению, судьба его была трагичной расстрел. В 1961 году на наш адрес пришла бумага о его полной реабилитации. За один этот факт бабушка была очень благодарна тогдашнему руководству страны в лице Н.С. Хрущева.
Времена были строгие. От доноса никто не был гарантирован. Часто это делалось в корыстных целях, чтобы заполучить, например, жилье или должность. По этой причине мне, ребенку, многое из историй семьи не говорилось. Взрослые опасались, что я могу болтнуть лишнее. Настроения были такие, что зловещее здание МГБ в Чугуеве люди обходили десятой дорогой. После выхода на пенсию бабушка говорила, что она вздохнула с облегчением, теперь почти ничего не боится, может говорить, что хочет. Но генетический страх остался.
В доме стариков часто бывали их друзья родственники из Казани, села Карловка, откуда дед был родом, друг деда доктор Тонков автор медицинского учебника, подруга бабушки доктор Клара Моисеевна, ее сын Захар. Пили чай, пекли пироги. Бабушка была опытной чаевницей, готовила этот напиток мастерски. Благо чай в то время продавался хороший. Гостил в доме и племянник деда Григорий Яковлевич Тикунов один из первых героев Советского Союза, отличившийся на Халхин-Голе. Бывал и его брат Николай Яковлевич Тикунов, руководивший многие годы транспортом правительства (возглавлял ГОН-гараж особого назначения). Бывал внучатый племянник Володя офицер флота, широкоплечий красавец. Мы заслушивались его рассказами о флотской службе.
Прекрасный сад, розарий во дворе, грядки с цветами все это было делом бабушкиных рук. Она любила путешествовать, брала с собой меня. Помню наш с ней первый в жизни полет на самолете. Мы бывали в Одессе, там гостили у ее подруги, бывшей княжны Ирины Черкасской. Княжна жила в одной комнатке коммунальной квартиры, даже в старости была статна и красива. Ее брат, бывший князь Викторин Черкасский, работал слесарем в трамвайном депо, скрывая свое происхождение. Он был профессионалом самого высокого уровня. Некоторые слесарные изыски, подаренные им, до сих пор хранятся в нашей семье. Бабушка бывала в Казани у родственников, ее последняя поездка туда закончилась плохо инсульт, паралич, скорая смерть.
Родители отца
Иван Прокофьевич Лапшин коренной чугуевец, всю жизнь работал бухгалтером в Чугуевском смешторге, Анна Тимофеевна Лапшина (Жукова) была домохозяйкой добрые, гостеприимные люди. В их небольшом доме по ул. Каляева я часто бывал. Был любим и обласкан, всегда хорошо накормлен. Слушал рассказы о войне. Дед рано умер. Бабушка часто бывала у нас в доме, помогала по хозяйству.
Отец Василий Иванович Лапшин
В Чугуеве он родился и вырос. Окончил школу. Отсюда был призван на срочную службу в армию. Вернулся домой в мае 41-го, а спустя 3 месяца добровольцем ушел вместе со своим братом Иваном Ивановичем на фронт. Честно воевал всю войну, имел солдатские награды. Медаль За отвагу, которой очень дорожил. Закончил войну в Праге офицером. На фронт его провожала моя будущая мама Ирина Цехмистро, ее фотографию отец всю войну носил в кармане гимнастерки. Фотография любимой, как талисман, хранила его.
После демобилизации продолжил учебу в Харьковском институте сельского хозяйства. Окончил его с отличием. Женился на Ирине, и наш род продолжился. Родился я, затем мой брат Саша. Отец работал механиком в машинно-тракторной станции (МТС). Из одежды в основном была спецовка синего цвета. Работа тяжелая, нервная, иногда в ночное время. Техника часто ломалась, а посевную или уборку следовало провести в срок. Техника была старой, иногда довоенной. Механизаторами зачастую работали женщины, не слишком разбирающиеся в технике, управляли ей не очень умело. Маме, естественно, задержки на работе не нравились. Она, бывало, с целью контроля приходила к отцу на работу, беря меня с собой, к моему удовольствию. Всегда заставала отца в работе, в мастерской по ремонту техники, либо в кабинете директора, либо в клубе, где сидели еще сотрудники и клевали носом. А вдруг позвонят из колхоза или райкома, нужно немедленно что-то делать. Такие бдения затягивались иногда до глубокой ночи.
Надо сказать, что в 50-е такой стиль работы был принят почти везде, а отменен был к концу 50-х. Это считалось сталинским стилем работы, необходимо было держать аппарат в напряжении. Руки у отца не отмывались от машинного масла. В МТС встречались иностранные трофейные (либо полученные от союзников) механизмы. Помню рассказ о том, что никак не заводился старый иностранный дизель. Кто только не пытался это сделать, уже опустили руки. И тут вспомнили о нашем соседе по улице пожилом мастере А. Маренко, известным своей любовью к технике. Он поколдовал с механизмом немного, и дизель завелся, работал без поломок много лет. Такие в Чугуеве встречались умельцы!
Отец стал главным инженером, затем директором в Чугуевской, Коробчанской МТС. Помню, что по выходным дням (а это было только воскресенье) он брал меня с собой на работу. Это был праздник. Я вволю рассматривал и изучал автомобили, тракторы, комбайны. Увидел, что такое электросварка, как работают станки, подъемные механизмы, как окрашивают из краскопульта. В одном из ремонтных цехов во всю стену располагался плакат, на котором поле пахал электрический трактор со штангами, как у троллейбуса. Таким в те годы представлялось будущее села.
У властей тех лет был один психологический прием, позволяющий как-то скрыть невысокий урожай. Если все складывалось хорошо, то радио и газеты сообщали, что такой-то район или область в текущем году собрали столько-то тонн зерновых. Если похуже, то урожай исчислялся в центнерах, а если совсем урожай был плохим, то рапортовали в большом количестве полученных пудов (1 пуд = 16 кг).
С 1961 года отец стал руководителем Чугуевского района и успешно работал в этой должности 23 года. Знающие его люди отзывались и отзываются об отце с большим уважением, как о руководителе и человеке. На себе он ощутил все прелести всевозможных новаций химизация сельского хозяйства, семилетний план, внедрение кодекса строителя коммунизма, повсеместное доминирование кукурузы, реорганизация района. Район то укрупнялся, то разукрупнялся, то делился на промышленную и сельскохозяйственную части. Работа была тяжелой, нервной, с раннего утра до поздней ночи.
Помню, что правилом было неожиданно вызывать отца к областному начальству, не говоря о цели вызова. Бывало, что приходилось ехать в Харьков на ковер к семи утра. Причины оказывались, например, такие: какой-то крупный начальник, возвращаясь с охоты, замечал, что на одном из полей не слишком густая пшеница и встречаются сорняки. Какого района это поле? спрашивал начальник. Следовал ответ: Чугуевского. На утро был вызов в вышестоящую инстанцию. Такой стиль руководства, мне кажется, не способствовал продуктивной работе. Его отголоски встречаются и сейчас.
Бывало, что отец со своими сотрудниками возвращался из Харькова после подобного общения. По дороге между Роганью и Каменной Яругой был небольшой парк со скульптурой в центре, скамейками и столом для отдыха. Скульптурная группа изображала счастливую семью молодые папа и мама с ребенком. Такие гипсовые скульптуры встречались во многих местах в 50-е годы. Почему-то чугуевцы, часто ездившие по дороге, называли эту скульптуру Мать-одиночка. В случае сильного стресса, либо наоборот, если все обошлось, здесь происходило снятие нервной нагрузки при помощи испытанного средства спиртного. В машине для таких случаев имелся неприкосновенный запас. Естественно, водитель спиртное не пил.
Конечно, алкоголь погубил многих, но употребление этого продукта в небольших количествах контролируемо пьющим несомненно оказывает и позитивное воздействие. Сколько предотвращено инфарктов, инсультов, гипертонических кризов, шоков, необдуманных шагов и поступков! Это мое мнение и личный врачебный опыт. Радетели трезвого образа жизни меня в этом могут не поддержать и даже осудить.
Отец прожил большую, насыщенную событиями жизнь. Он умер в 2012 году на 92-м году жизни будучи Почетным гражданином г. Чугуева и Чугуевского района, имеющим многие правительственные награды, как за войну, так и за мирный труд
Мама Ирина Кузьминична (Цехмистро) Лапшина
Коренная жительница Чугуева, врач-рентгенолог. Начала учебу в Харьковском медицинском институте до войны. Пережила немецкую оккупацию города, помогала своему отцу лечить раненых и больных. После войны окончила институт с отличием, став рентгенологом. Училась в аспирантуре, но в связи с рождением автора этих заметок, была вынуждена оставить дальнейшую учебу.
Работала в Чугуеве. Работала очень много, часто во вред здоровью. Приходилось обследовать под экраном допотопного рентгеновского аппарата большое количество людей, превышая многократно допустимые нормы радиационного облучения. Особенно тяжело было во время призывных кампаний. Флюорографии в те годы в Чугуеве не было. Сотни призывников рентгенолог исследовал под экраном, а это крайне вредное для врача облучение. Приходя домой с работы, мама буквально падала с ног. На обращение к военкому, что так работать очень вредно, следовал ответ: Вы хотите сорвать призыв, вы что, против советской власти?
Власть людей не щадила. Что значило здоровье одного врача?! Время было строгое, о таких мелочах никто не думал слишком несущественная деталь. Приходилось работать в таких условиях это вскоре привело к развитию лучевой болезни. Профессия была любимой, уважаемой, ведь от заключения рентгенолога нередко зависела судьба людей, назначались операции. Она ощущала себя нужной людям и была востребована. Бросить вредную работу не захотела. Для кое-какой защиты отец сам соорудил свинцовую ширму. Она частично предохраняла от облучения, но радикально вопрос защиты не решала, ведь облучалась голова врача. Мама рано ушла из жизни, прожив немногим более 60 лет.
В рентгеновской службе работали замечательные люди и мастера своего дела, рентгенотехники: два Михаила Жуков и Чегликов. Многие годы они были друзьями нашей семьи. Не могу не сказать о замечательных врачах Чугуева. Эпохой хирургии района был многолетний главный врач больницы, блестящий хирург и руководитель А.А. Бурцев он виртуозно выполнял многие хирургические операции, излечивал иногда безнадежных больных. Диапазон его хирургических возможностей был велик, авторитет непререкаем. Его дело сейчас с успехом продолжают сыновья Александр и Юрий.
Помню также успешного хирурга В.Я. Грушка. О его хирургических способностях также ходила слава. Будучи студентом-медиком, врачебную практику я проходил в Чугуеве, видел операции этих специалистов. Могу высказать самое высокое мнение об их работе. В хирургическом стационаре под руководством А.А. Бурцева начинал свою врачебную деятельность доктор В.Б. Давиденко. Сейчас он доктор медицинских наук, профессор, хирург, известный за пределами Украины. Многие годы он успешно возглавлял кафедру детской хирургии в Харьковском национальном медицинском университете. Многие достижения в детской хирургии Украины его заслуга. Учеником А.А. Бурцева был доктор В.В. Чугай. Сейчас он кандидат медицинских наук, доцент одной из ведущих кафедр хирургии Харьковского национального медицинского университета опытный искусный хирург. И В.Б. Давиденко и В.В. Чугай стали основателями врачебных династий. Их дети успешно работают в самых различных отраслях медицины.
Сейчас Чугуевскую центральную районную больницу успешно возглавляет племянник В.Я. Грушка В.Ю. Грушка, также хирург, хирург и его сын это блестящий пример настоящей преемственности в профессии! Помню врача педиатра Ф.А. Фильборн красивую интеллигентную женщину подругу мамы. Она в детстве лечила меня и моего брата. Дети любили ее, и как врача совсем не боялись. Она была мастером своего дела высоким профессионалом.
Среди плеяды известных Чугуевских врачей могу назвать врача-невропатолога Н.А. Машкина, врача-рентгенолога Т.П. Маковецкого, зав. терапевтическим отделением врача А.В. Гончаренко, врача дерматовенеролога Д.Л. Кабакова, врача-хирурга В.А. Куценко.
Город
Чугуев был сплошь одноэтажным, было еще много разрушений. Крупные дома появились лишь в начале 70-х, когда началось строительство крупных заводов топливной аппаратуры и прецизионного оборудования. До этого работал завод Смычка, на котором производились телеги, а затем мебель. Смычка означала единение рабочего класса и крестьянства. Помню заводские гудки перед началом и после окончания смены. Они были слышны в любой части города. Кроме гудков тишину нарушали репродукторы, они были на городских площадях, улицах, стадионе. Передавалась музыка, последние известия. Громкость была большой. В сырую погоду репродукторы как бы перекликались между собой. Тот, что был ближе, передавал одно, а затем ему вторили более далекие репродукторы.
Работал авиаремонтный завод, мясокомбинат, молокозавод. Молокозавод почему-то назывался чугуевцами молочарка. Помню разговоры, что туда было трудно устроиться на работу. Крупным предприятием был Донводопровод в Кочетке. Здесь же работала машиннотракторная станция (МТС).
(Продолжение следует)

4 Comments

  1. Вот уж не знал, что в Чугуеве живет правнук офицера легендарного суворовского Фанагорийского гренадерского полка.
    А вот пара стихов другого Фанагорийца, поэта Арсения Несмелова

    27 августа 1914 года

    Медная, лихая музыка играла,
    Свеян трубачами, женский плач умолк.
    С воинской платформы Брестского вокзала
    Провожают в Польшу Фанагорийский полк!

    Офицеры стройны, ушки на макушке,
    Гренадеры ладны, точно юнкера
    Классные вагоны, красные теплушки,
    Машущие руки, громкое ура.

    Дрогнули вагоны, лязгают цепями,
    Ринулся на запад первый эшелон.
    Желтые погоны, суворовское знамя,
    В предвкушеньи славы каждое чело!

    Улетели, скрылись. Точечкой мелькает,
    Исчезает, гаснет красный огонек
    Ах, душа пустая, ах, тоска какая,
    Возвратишься ль снова, дорогой дружок!

    Над Москвой печальной ночь легла сурово,
    Над Москвой усталой сон и тишина.
    Комкают подушки завтрашние вдовы,
    Голосом покорным говорят: Война!

    Суворовское знамя

    Отступать! и замолчали пушки,
    Барабанщик-пулемет умолк.
    За черту пылавшей деревушки
    Отошел Фанагорийский полк.

    В это утро перебило лучших
    Офицеров. Командир сражен.
    И совсем молоденький поручик
    Наш, четвертый, принял батальон.

    А при батальоне было знамя,
    И молил поручик в грозный час,
    Чтобы Небо сжалилось над нами,
    Чтобы Бог святыню нашу спас.

    Но уж слева дрогнули и справа,
    Враг наваливался, как медведь,
    И защите знамени со славой
    Оставалось только умереть.

    И тогда, клянусь, немало взоров
    Тот навек запечатлело миг,
    Сам генералиссимус Суворов
    У святого знамени возник.

    Был он худ, был с пудреной косицей,
    Со звездою был его мундир.
    Крикнул он: За мной, фанагорийцы!
    С Богом, батальонный командир!

    И обжег приказ его, как лава,
    Все сердца: святая тень зовет!
    Мчались слева, набегали справа,
    Чтоб, столкнувшись, ринуться вперед!

    Ярости удара штыкового
    Враг не снес; мы ураганно шли,
    Только командира молодого
    Мертвым мы в деревню принесли

    И у гроба это вспомнит каждый
    Летописец жизни фронтовой,
    Сам Суворов плакал: ночью дважды
    Часовые видели его.

  2. Приятно читать о моей бабушке Э.А.Фильборн.Моя мама помнит всех врачей ЦРБ.Это были люди с большой буквы,которые отдавали все силы и свои знания на благо людей и их здоровья.Они открывали медико-фельшерске пункты в сёлах,терапевтические отделения в г Чугуеве,которые сейчас с успехом закрываются(пример терапевтическое отделение 1и2 по улице Харьковской).

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *